«Новой» России уже почти три десятилетия. Можно спорить о дате ее возникновения. Либо это 12 июня 1990 года — принятие Декларации о государственном суверенитете РСФСР. Либо это декабрь 1991 года —
упразднение СССР. Скорее всего, наиболее точной датой будет 12 декабря 1993 года — принятие Конституции России. В любом случае, мы живем в «новой» России почти три десятка лет, но мы до сих пор не дали имя собственное длящемуся и переживаемому нами историческому периоду.
В общественном пространстве циркулируют разные обозначения нашего времени. Прежде всего и чаще всего: «новая» Россия или «постсоветская» Россия. Но оба эти названия никуда не годятся. Не говоря уже об их внутренней бессодержательности, достаточно спросить: сколько еще десятилетий должно пройти, чтобы мы перестали быть «новой» Россией?
Или спросить еще: разве у нас нет никаких собственных признаков и отличий, кроме того, что мы не «советские», а «постсоветские»? Увы, мы все, вся страна, все общество, — и власть, и оппозиция, и
бенефициары, и аутсайдеры, и активные участники политического процесса, и его сторонние наблюдатели, — ментально застряли в транзитном состоянии. Наступает время выходить из него. В той ситуации, в которой находится ныне глобальный мир, — как, впрочем, и всегда, — нельзя жить и побеждать, не зная, кто мы и куда мы идем.
Рискнем же дать имя нашей исторической эпохе! И здесь ключевым словом оказывается слово… «Республика». Не в формально-правовом его значении, а в широком историческом и философско-политическом. Наш исторический период — это попытка построить жизнь в России на республиканских началах, доказать себе и миру, что свободное общество свободных граждан в нашей стране возможно не в меньшей степени, чем где бы то ни было. Заметим — не первая попытка в нашей истории.
Если не принимать во внимание демократический опыт древней и средневековой Руси, а брать только сравнительно недавно минувший ХХ век, то можно выстроить следующую последовательность.
Первая Республика в России просуществовала всего несколько месяцев. Фактически — около года (если брать от отстранения императора Николая II от власти до разгона Учредительного Собрания). Формально — и того меньше, поскольку республика была провозглашена, — то ли поспешно (до соответствующего решения Учредительного Собрания), то ли запоздало (поскольку республика de facto в России на тот момент уже была), — в сентябре 1917 года.
Вторая Республика — советская — просуществовала большую часть ХХ века. Вплоть до падения коммунизма. Или — до октября 1993 года.
В декабре 1993 года, с принятием Конституции, в России оформилась Третья Республика. Это понятие — Третья Республика — и есть искомое нами имя нынешнего исторического периода.
Президентские правления Ельцина, Путина, Медведева, снова Путина — это не отдельные «эпохи» в новейшей истории, а части единого периода — легислатуры Третьей Республики. Шестая Дума — не просто «шестая», а Шестая Дума Третьей Республики. Кризисы и обретения, победы и поражения, — вехи истории Третьей Республики.
Поэтому, когда сегодня говорят о «транзите власти», не следует понимать под «транзитом» скачек «из одной страны в другую» или «из одной эпохи в другую»: «транзит» — часть истории Третьей Республики.
Правления меняются — Республика остаётся.
Сергей Волобуев,
эксперт ЦСКП
Источник: http://cskp.ru/2019/01/21/tretya-respublika-imya-novoj-rossii/
